Справжній «Раїсо Троянкеровський порнографізм»

[olena_nekora]

Поки дослідники ламають голови чи дійсно саміздатівські вірші Раїси Троянкер, що не збереглися, були настільки порнографічними, як про них згадують сучасники, чи це перебільшення, я відкрила для себе справжню порнографію у творах цієї поетеси. Ці вірші зовсім не з харківського періоду, а з останнього — мурманського.
Вірші зі збірки «Суровая лирика» та інша військово-патриотична творчість.

ПОД ПОЛЯРНОЙ ЗВЕЗДОЙ
Северному асу
Герою Советского Союза
Петру Сгибневу

Да, Нева ему верная мать!
Он на Балтике нашей чудесной
Поле боя стал постигать,
Если полем можно назвать
Синий купол шири небесной.

Не забыть ему первый полет.
Под крылом голубой
          Ленинград
Нет, не знал тогда юный пилот,
Как он в жарких боях понесет
Пламенеющий мести заряд!

...Был в Приморском районе
            дом
(Как об этом трудно сказать!
Ведь убийца с паучьим крылом
Разбомбил этот дом напролом
И убил его старую мать...

Там погибли сестра и брат,
Но слеза не туманит взгляд.
Когда Сгибнев идет на врага.
Расступаются облака,
Перед ним ленинградский день,
Словно грусти вечная тень.
И воздушный немецкий
          пират
Подожжен, расстрелян и смят.

Знают сопки и хмурые горы,
И седое Баренцево море,
Как за Волгу и за Кавказ
Здесь сражается северный ас,
Как за свой ленинградский
            дом,
За твое и мое гнездо,
За своих и твоих сестер
Разжигает мести костер,
За свободу и честь дерется,
Сын крылатых североморцев.

И коль трудишься ты на
             земле,
И коль плаваешь на корабле,
Если уголь в шахте берешь,
Если ты поезда ведешь,
Над тобою Сгибнев всегда,
Как Полярных морей звезда.

Будь достоин защиты его,
Он громит врага твоего,
Этот ас — настоящий герой,
За тебя он рискует собой,
Зная, здесь где-то трудишься
            ты, —
Будь достоин его звезды.


Наследник

Он не видел Ленина. Мальчишка,
Он родился в тот суровый день,
Когда голос радио притихший
Огласил печальный бюллетень.

Когда горе встало у порога
Каждого спокойного жилья,
Когда стала сдержанной и строгой
Русская веселая земля.

Проходили годы, и мальчишка
Подрастал, учился и окреп,
И ему рассказывали книжки
И любимый ленинский портрет.

Как идти по этой жизни прямо,
Как расти и силы набирать.
Он и вырос умный да упрямый,
Знающий и жаждущий узнать.

С Лениным ходил он в пионеры.
С Лениным он комсомольцем стал,
С Лениным ему любые двери
Этот мир широкий открывал.

И когда пожарищем багровым
Озарило ясный горизонт,
Этот парень, смелый и суровый,
С Лениным отправился на фронт.

Ведь сегодня и отцов, и внуков
Вновь, как и в семнадцатом году,
Страстный голос, поднятые руки,
Гордость и бесстрашие ведут.

Мира молодость и радость поколений
Отстоит он в грозный час войны,
Ведь не зря его великий Ленин
Знаменем победным осенил.

Кто ж его поставит на колени,
Если в грозный год сорок второй
Сталин сам и сам бессмертный Ленин
Вместе с ним выравнивают строй!

...Он не видел Ленина. Но зрелость
В январе,в боях изведал он,
Когда орден Ленина за смелость,
Был ему, наследнику, вручен.

Партбилет № 291890...

На пятый день мы эту сопку взяли.
И дым сражений не успев отмыть,
Поговорить о том, как воевали,
Пришли на партсобранье мы.

Но кто-то вдруг в землянку постучался.
Вошел боец. Прищурился на свет.
Он постоял. С минуту отдышался
И подал комиссару партбилет.

Покрытый кровью. Тщетно мы стремились
Прочесть число. Шесть цифр были ясны.
Седьмую, как и сердце, раздробила
Жестокая посланница войны.

Но мы узнали — вологодский парень,
Что здесь, в бою за Мурманск, жизнь отдал,
Простой боец, по имени Макаров,
Как коммунист и жил, и умирал.

...Спускалась ночь. За сопкой ветер злился.
Молчанье было ярче, чем слова.
И комиссар слезы не устыдился.
И партбилет при всех поцеловал.


Военный город

Военный город сдержанно и строго
Вновь отправляет в ночь броневики,
Опять шумит военная дорога,
На фронт, на фронт торопятся полки.

Чернеет вечер. И в порывах ветра
По улице проносится: «Кру-гом!»
То ополченцы двинулись в разведку,
И темнота накрыла их плащом.

Снег серебрит походную дорогу,
Проверенную словом и свинцом.
И я гляжу внимательно и строго
На каждое случайное лицо.

Как изменились улицы родные,
Как темен вечер и глаза ясны,
Как берегут сегодня часовые
Ночную тишь — попутчицу войны.

Здесь редко встретишь детскую усмешку
И детские проворные шаги...
Военный город! Ты не можешь мешкать
И спутать марш, начав не с той ноги.

Военный город, сумрачный и строгий,
Ты должен знать друзей наперечет,
Чтоб враг, мотаясь по большой дороге,
Не смог найти желанный поворот.

Чтоб не сумел убийца и предатель
Тебя за ротозейство наказать.
Стань беспощадным, как в бою солдаты,
Как спутника настигшая гроза.

Военный Мурманск... Улицы без света
Забыт и дом, и нежность, и семья.
И гнев бойца, и мужество поэта
Взрастают из особенных семян.

Военный город сдержанно и строго
Вновь отправляет в ночь броневики,
Шумит, шумит походная дорога,
На фронт, на фронт торопятся полки.

Военный Мурманск... Улицы родные.
И гул сражений за седым холмом..,
И звезды непонятно озорные
На небе, довоенно голубом.

Снег серебрит походную дорогу,
Проверенную словом и свинцом,
И мы глядим внимательно и строго
На каждое случайное лицо.


Рассказ о бойце Махрове

Светлой памяти Бориса
Махрова — бойца-комсомольца,
погибшего в боях за Мурманск.

Гремят над страною военные будни.
Идет боевая гроза,
Друзья дорогие, мне очень трудно
О Боре Махрове сказать.

...Родился в семнадцатом. Вскормлен Москвою.
Искуснейшим слесарем был.
Был молод, красив, атлетически скроен
И жить, и смеяться любил.

Он рос и работал. Потом, как обычно,
На срочную службу пошел.
На Север попал. Молодой пограничник
Служил, как и вы, хорошо.

Он лыжи любил. Дуновение ветра
За ним поспевало едва.
Как шел он, друзья, в боевую разведку,
Не скажешь в словах!

В Москве он любил и авто, и трамваи,
И улиц московских разбег,
А в тундре искусней Махрова едва ли
Найдется еще человек.

Снега Заполярья, угрюмые сопки.
Озер переменчивых гладь.
Одним следопытам понятные тропки
Ему оказались подстать.

Нет, я не хвалю его просто, для слова.
В суровое время войны
Мы все увидали, что скромность Махрова
И доблесть Махрова — равны.

Когда на заставу напали бандиты,
Он первым стрелял по врагу,
И первый налетчик, Махровым убитый,
Застыл на крутом берегу.

Но это, друзья, было только началом.
Атаки, разведки, бои...
С каким превосходным упорством встречал он
Военные будни свои!

С такими ребятами дружит победа.
Отбив белофинский налет,
Однажды принес он из дальней разведки
Добытый в бою пулемет.

В горящем лесу под разрывы снарядов
Он дрался один против трех.
И трое шюцкоровцев мертвые рядом
Упали на северный мох.

Не знаю, бывает ли сердце из стали,
Но плыл он с гранатой в руке.
Казалось, и волны от пуль закипали
В холодной полярной реке.

Да что говорить! О Борисе Махрове
Гремят боевые дела.
Герой из отряда майора Немкова,
Бесстрашный разведчик по дальним тылам.

И вот его нет! И попутчица боя —
Суровая грозная смерть
До срока его увела за собою,
Но как он сумел умереть!

Не надо печали. Во имя Махрова,
Который смеялся и жил,
Не хмурьте бровей, не глядите сурово,
Не надо о мертвых тужить.

Гремят над страною военные будни,
Идет боевая гроза.
Друзья дорогие, мне больно и трудно
О Боре Махрове сказать.

Сегодня почтим его светлую память.
Прощай пограничник — боец!
Мы будем тебя, как победное знамя,
Нести вдохновеньем сердец.

И будут сражаться за родину снова,
На вахту военную став,
Бойцы из отряда майора Немкова —
Отважные люди застав.


Учитель истории

Памяти мурманского
учителя А.В.Когана

Он был учитель. Спокойный
                      и строгий,
Песни любил и любил ребят.
Звали его Александр Коган —
Тридцать годов подряд.

Он был высок и слегка
                      сутулился,
Тихо бредя средь осенних гор
К школе, на самой высокой
                      улице —
С именем гордым — Полярных
                      зорь!

Помню, как строили эту
                      школу,
Как он давал там первый урок,
Коган, взволнованный
                      и веселый,
Переступал за новый порог.

Раз он сказал: «Страна
                      родная
Любит вас, дети.
Любите ее,
Учите историю нашего края,
Славу побед после смертных
                      боев».

Он говорил вам у старой
                      карты,
Как воевали России сыны,
Бившие Фридриха и Бонапарта
В давние, грозные годы войны.

«Знайте историю родины
                      нашей,
Всем наукам история – мать».
Как хорошо говорил он
                      и спрашивал,
Как хорошо он учил вас —
                      знать!

Он был историк. Суровые
                      даты
Память его хранила не зря.
Но он любил горячо и свято
Первый волнующий день
                      сентября.

Чтоб отстоять этот день,
                      родные,
Он добровольцем на фронт
                      ушел.
И говорили бойцы рядовые
Так же, как дети, о нем —
                      хорошо.

...Линии фронта передовые
Много значенья в себе несут.
Лучшие люди славной России
Передовыми в бои идут.

И, увлекая бойцов на битву,
Как увлекал он в школе ребят,
Пал он, фашистской пулей
                      пробитый,
Мирный историк и храбрый
                      солдат.

...Скоро откроются школьные
                      двери,
Примет, ребята, вас светлый
                      класс.
Новый учитель скажет
                      уверенно:
«Правда истории всегда на нас».

Скажут ребята просто
                      и строго:
«Помним и знаем. И будем
                      знать,
Нам рассказал учитель Коган —
История — всем наукам мать».

Встанут ребята. Чуть
                      скрипнут парты,
Словно отдав молчаливый
                      салют
Тем, кто учил их у школьной
                      карты,
Тем, кто сегодня в класс
                      не придут.

Тем, кто во славу милой
                      отчизны
Пали в боях. Но бессмертны
                      вовек,
Как неизбывная память
                      о жизни,
Как вдохновенье. Как человек!

Ще твори Р.Троянкер:

Містичні, ліричні, еротичні
Материнська тема
Збірник з різних тем

Comments

[sy-to.livejournal.com]

Перепрошую, але це мало б називатись не порнографія, а блядство.

Про Когана і Махрова - просто геніально!:))

[bilozerska.livejournal.com]

+100 :)

[impudent-squaw.livejournal.com]

"И партбилет при всех поцеловал" - особенно навевает, да)))
А вот что он делал, оставшись с партбилетом тет-а-тет, интересно.
Эка страсть))